Всеобщая история архитектуры. Том 9. Архитектура Восточной и Юго-восточной Азии до середины XIX века. Прибыткова А.М. (ред.). 1971

Всеобщая история архитектуры. Том 9. Архитектура Восточной и Юго-восточной Азии до середины XIX века
Прибыткова А.М. (ответственный редактор), Веймарн Б.В., Глухарева О.Н., Думан Л.И., Мухин А.С. (редакторы). Авторы: Ахова В.В., Ахундова С.Н., Глухарева О.Н., Дубовский Е.С., Короцкая А.А., Лазарев Г.З., Лапкина Л.Д., Нго-Гуи-Куин, Ожегов С.С., Прибыткова А.М., Проскурякова Т.С., Розентуллер П.Б., Щепетильников Н.М.
Москва. Стройиздат. 1971
643 страницы
Всеобщая история архитектуры. Том 9. Архитектура Восточной и Юго-восточной Азии до середины XIX века. Прибыткова А.М. (ред.). 1971
Содержание: 

ЧАСТЬ I

ВВЕДЕНИЕ С. С. Ожегов

Глава 1. АРХИТЕКТУРА ИНДИИ. А. А. Короцкая
Введение
Архитектура Индии V—XIII вв.
Архитектура Индии XIII—XVIII вв.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Глава 2. АРХИТЕКТУРА ЦЕЙЛОНА. А. А. Короцкая

Глава 3. АРХИТЕКТУРА ИНДОНЕЗИИ. Л. Д. Лапкина
Монументальное зодчество Центральной Явы с VII до первой половины X вв.
Архитектура Восточной Явы с первой половины X до XV в.
Монументальное зодчество Явы XV—XVII вв.
Архитектура Суматры X—XV вв.
Монументальное зодчество Бали X—XVI в.
Народное зодчество Индонезии

Глава 4. АРХИТЕКТУРА НЕПАЛА. А. А. Короцкая

Глава 5. АРХИТЕКТУРА КАМБОДЖИ. Т. С. Проскурякова
Архитектура Камбоджи VII—VIII вв.
Архитектура Камбоджи IX — первой половины X вв.
Архитектура Камбоджи второй половины X—XII вв.
Архитектура Камбоджи конца XII—XIII вв.

Глава 6. АРХИТЕКТУРА БИРМЫ. С. С. Ожегов
Архитектура Бирмы I—VIII вв.
Архитектура Паганского государства IX—XIII вв.
Архитектура Бирмы XIV—XVIII вв.
Архитектура Централизованной феодальной Бирмы XVIII—XIX вв.

Глава 7. АРХИТЕКТУРА ТАИЛАНДА. С. С. Ожегов

Глава 8. АРХИТЕКТУРА ЛАОСА. Нго-Гуи-Куин

Глава 9. АРХИТЕКТУРА ВЬЕТНАМА. Нго-Гуи-Куин
Архитектура Вьетнама в период династии Нгуенов XIX—XX вв.

ЧАСТЬ ІІ

ВВЕДЕНИЕ. О. Н. Глухарева, А. М. Прибыткова

Глава 1. АРХИТЕКТУРА КИТАЯ
Архитектура Китая III—VI вв. О. Н. Глухарева
Архитектура Китая VI—X вв. О. Н. Глухарева
Архитектура Китая X—XIII вв. О. Н. Глухарева
Архитектура Китая XIII — сер. XVII вв. Е. С. Дубовский
Архитектура Китая сер. XVII — сер. XIX вв. Г. 3. Лазарев
Архитектура Тибета О. Н. Глухарева

Глава 2. АРХИТЕКТУРА КОРЕИ. О. Н. Глухарева

Глава 3. АРХИТЕКТУРА ЯПОНИИ. О. Н. Глухарева, А. М. Прибыткова
Архитектура Японии IV—VI вв.
Архитектура Японии второй половины VI—VII вв.
Архитектура Японии 710—794 гг. (период Нара)
Архитектура Японии IX—XII вв. (период Хэйан)
Архитектура Японии XIII — начала XIV вв. (период Камакура)
Архитектура Японии XIV—XV вв. (период Муромати)
Архитектура Японии XVI в. (период Момояма)
Архитектура Японии XVII—XIX (период Эдо)

Глава 4. АРХИТЕКТУРА МОНГОЛИИ. Н. М. Щепетильников

ПРИЛОЖЕНИЯ
1. Литература
2. Указатель архитектурных памятников по месту их нахождения. В. В. Ахова, С. Н. Ахундова, П. Б. Розентуллер
3. Именной указатель зодчих, скульпторов и художников-монументалистов. В. В. Ахова, С. Н. Ахундова, П. Б. Розентуллер

Введение

Конец второй мировой войны стал началом полного краха колониализма. Интерес к истории, культуре и искусству освободившихся стран начал расти из года в год. Археологические раскопки, тщательное изучение памятников искусства и письменности народов, долгое время находившихся под гнетом колонизаторов, открывают все новые и новые сокровища человеческого гения, доселе неизвестные миру.

Навсегда уходит в прошлое теория исключительности культурного развития стран Европы и Средиземноморского бассейна. Мощное самобытное искусство Азии, уходящее своими корнями в глубокую древность, все прочнее и прочнее занимает подобающее ему место в истории мировой культуры.

К сожалению, в зарубежной и отечественной литературе пока что опубликовано очень мало фундаментальных обобщающих исследований, посвященных проблемам архитектуры стран Азии, и в первую очередь архитектуре так называемого «буддийского» круга стран. Основными объектами внимания обычно являются наиболее крупные страны—Индия, Китай и Япония. Остальные страны Южной Азии и Дальнего Востока в лучшем случае упоминаются лишь как провинциальные ветви культур этих стран.

Публикуемые в последнее время за рубежом монографии и сборники статей посвящены главным образом отдельным крупным памятникам или комплексам. Они носят по преимуществу описательный характер.

Предлагаемый том является первой серьезной попыткой широко рассмотреть архитектуру стран Южной и Восточной Азии, проследить некоторые закономерности, характеризующие самобытность архитектуры отдельных народов и взаимосвязь культур ряда стран периода становления и развития феодализма.

Современная наука различает в Юго-Восточной и Восточной Азии две основные группы стран с известной общностью путей культурного и экономического развития. К одной из них принадлежат Индия, Цейлон, Индонезия, Непал, Камбожда, Бирма, Таиланд, Лаос, Вьетнам и еще некоторые страны, а к другой — Япония, Китай, Монголия и Корея.

Индия занимает особое место в своей группе стран. Прежде всего это самая крупная страна, обладающая наиболее древней и высокоразвитой культурой. В странах Юго-Восточной Азии первые государства появились в то время, когда Индия уже стала могущественной державой. Именно поэтому считают, что возникновение культур Цейлона, Бирмы, Камбоджи, Индонезии и других стран явилось следствием экономической, культурной и религиозной экспансии Индии. Для ряда западных ученых такая точка зрения стала аксиомой, на основании которой они и строили свои труды.

Советская наука и прогрессивные зарубежные ученые придерживаются другой точки зрения. Не отрицая серьезной роли индийской культуры в формировании культур сопредельных, меньших стран, они подчеркивают, что в основе их культуры всегда лежали национальные традиции. Культура и искусство стран Юго-Восточной Азии воспринимали «экспорт» индийских художественных традиций лишь отчасти, значительно перерабатывая их применительно к местным условиям.

Процесс развития взаимоотношений художественных культур Индии и стран Юго-Восточной Азии можно достаточно полно проследить по сохранившимся памятникам архитектуры. Ведущее место среди них занимают культовые постройки. Для них применялись самые долговечные материалы, их строили лучшие мастера. Значительный интерес представляют памятники градостроительного искусства. К сожалению, их изучение фактически только начинается, поскольку большинство древних городов лежит в развалинах или поглощено новыми, современными городами. Памятники гражданского зодчества, включая жилища, сохранились меньше других. Они строились обычно из дерева и других легких материалов. Судить о них можно по поздним образцам, возраст которых измеряется самое большее 100—200 годами, либо по данным археологических раскопок.

Одним из основных факторов, оказывающих влияние на формирование эстетических идеалов в Индии и Юго-Восточной Азии, была религия. Не следует, конечно, считать ее определяющей силой развития искусства. Деление культур на «христианскую», «магометанскую» и «языческую», нередко встречающееся в трудах западных ученых, для нас неприемлемо.

Вместе с тем нельзя преуменьшать роль религии, особенно в странах Востока. Здесь она пронизывала буквально все стороны жизни общества, активно влияя и на формирование общественных отношений, и на идеологическое развитие, и даже на экономику, оттягивая огромные средства и массы людей на строительство и украшение бесчисленных храмов, на содержание целых армий монахов и духовенства.

Религиозная регламентация строительства распространялась не только на культовые здания. В строительстве городов, дворцов и даже жилых домов возникали традиции, связанные с религиозными представлениями. Не случайно, что архитектура и искусство Индостана и Юго-Восточной Азии были крайне консервативными. Формы культовых построек почти не менялись на протяжении веков. Иконография Будды, основного персонажа буддийского пантеона, в каждой из стран тоже оставалась неизменной. Ведь каждое изображение Будды считалось лишь копией с некоего легендарного утраченного оригинала, копией, которую следовало сделать возможно более точной.

И вместе с тем формы одного и того же типа культового здания существенно отличаются друг от друга в различных странах. Этот факт говорит о том, что местные традиции и особенности экономического и общественного развития каждой из стран существенно влияли на формирование национального искусства.

Вопросы периодизации архитектуры и искусства Индии и Юго-Восточной Азии разработаны пока что недостаточно. Трудности заключаются в том, что в этих странах не было той четкой смены социально-экономических формаций, которые мы привыкли видеть в Европе и странах Средиземноморского бассейна. Здесь трудно, а порой и невозможно провести границу между первобытно-общинным и рабовладельческим строем, между рабством и феодализмом. Вопросы развития экономических и общественных отношений в странах Южной и Восточной Азии требуют еще тщательного изучения. Поэтому такие термины, как «архитектура феодализма», могут быть применены лишь условно.

Ранняя история Южной и Юго-Восточной Азии таит еще немало загадок. Мало изучены пути миграции народов и племен, нет достоверных данных, чтобы уверенно судить об уровне и характере культуры тех или иных древних государственных образований.

Немногочисленные известные памятники древнего искусства не дают целостной картины развития государственности на Индостане до середины I тысячелетия до н. э.

На этом рубеже произошло событие, оказавшее мощное влияние на развитие архитектуры и искусства не только Индии и Юго-Восточной Азии, но и стран Дальнего Востока, включая Китай и Японию. Это событие — формирование религиозно-философской доктрины буддизма. Как и всякая религия, буддизм был в руках правящих классов средством подчинения и угнетения народа. Вместе с тем буддизм обладал некоторыми чертами, обеспечившими ему быстрое и широкое распространение на огромных территориях Азии.

Если отбросить все тонкости и сложную догматику буддийской религиозной системы, которая часто остается непонятной даже для рядового буддийского духовенства, то окажется, что основные положения этой религии могут быть доступны даже для неграмотных, темных и угнетенных людей. Буддизм учил, что существование человека на земле есть страдание, но каждый из людей может преодолеть это страдание, достигнуть высшего духовного совершенства и стать Буддой, т. е. «просветленным». Для этого нужно лишь соблюдать нехитрые законы смирения, безоговорочного уважения и подчинения духовенству и государственной власти.

Согласно буддийскому учению, душа человека после смерти переселялась в другое живое существо. Следствием «неправедной» жизни было переселение души в низшее существо, в животное и даже насекомое.

«Праведная», т. е. полная смирения и послушания, жизнь означала, что душа поднялась на некую ступень совершенства и может переселиться после смерти в другого человека, стоящего несколько выше на социальной лестнице. Так, шаг за шагом можно было якобы приблизиться к состоянию Будды.

Буддийские «джатаки» были притчами о легендарных персонажах «бодисатвах», близких к достижению состояния Будды. К сюжетам джатак обращались художники и скульпторы «буддийских» стран Востока. Шире других известны последние 28 будд, и среди них наиболее почитаем последний, по имени Гаутама, легендарный создатель учения буддизма. Изображения будды Гаутамы распространены наиболее широко. Легенды гласят, что и основные типы культовых сооружений буддизма— ступы и храмы с тесным внутренним пространством связаны с эпизодами из жизни Гаутамы.

Другая характерная черта буддизма — его широкая терпимость к другим религиозным проявлениям и даже способность ассимилировать их. В результате создавались не только разновидности буддизма, но возникали и совершенно новые по существу религии.

Быстро распространяясь из Индии по странам Юго-Восточной Азии, буддизм приносил с собой и каноны строительства важнейших типов культовых зданий — ступ и храмов. Оставаясь незыблемыми в своих основных чертах (ступа — монолитное центрическое сооружение над реликварной камерой, содержащей священные предметы; храм — сооружение, хранящее изображение Будды, открытое для обозрения), эти здания приобретали в каждой стране свой характерный облик в зависимости от местных строительных и художественных традиций. Буддийская мифология в сочетании с местным религиозным фольклором становилась основой для сюжетов изобразительного искусства и скульптуры.

Наименее долговечным классический буддизм, называемый «хинаяна» или «теравади», оказался на своей родине — в Индии. Включив в себя ряд местных древних культов, буддизм развился в так называемую форму «махаяна». Но и эта разновидность буддизма тоже не получила в Индии широкого распространения.

Наиболее жизнеспособной в Индии оказалась возникшая к началу нашей эры религия индуизма, в основу которой легли догматы древней религии брахманизма и отчасти буддизма. Важнейшими культами индуизма стали культы богов Брахмы, Шивы и Вишну. До XI в. культовое зодчество Индии развивалось под эгидой различных форм индуизма.

История Юго-Восточной Азии до н. э. практически неизвестна. Первые государства, оставившие реальные и многочисленные памятники архитектуры и искусства, образовались здесь лишь в первых веках н. э. (исключение составляет Цейлон, где ранние памятники Анурадхапуры датируются IV в. до н. э.). Государства Монов и Пью в Бирме, Фунань в Камбодже, Шривиджайя в Индонезии, Тямпа во Вьетнаме к IV—VI вв. имели достаточно высоко развитую культуру строительства различных зданий, о чем свидетельствуют не только культовые постройки, но и руины многочисленных городов и дворцов, к сожалению, еще мало исследованные.

Уровень развития культуры и государственности стран Юго-Восточной Азии, достигнутый уже в первых веках н. э., говорит о том, что так называемая «индийская культурная экспансия» встречала на своем пути сформировавшиеся культуры других народов. Так, например, строительство каменных культовых зданий с развитым внутренним пространством (храмов различных типов) началось в Индии и странах Юго-Восточной Азии почти одновременно в первых веках н. э. До этого в Индии безраздельно господствовали пещерные храмы.

Распространение индийской культуры в соседние страны, преимущественно в виде буддизма, не шло односторонне. Связи были взаимными. Так, в XI в. бирманские мастера были приглашены для реконструкции индийского храма Махабодхи в Будх-Гайе. Интересно, что система кирпичной кладки этого храма (вообще редкая для Индии) очень близка к технике Пагана в Бирме, где в отличие от других стран Индостана и Юго-Восточной Азии широко применялись клинчатые кирпичные своды. Об избирательности индийских влияний говорит, например, тот факт, что, принимая религию буддизма, ни одна из стран Юго-Восточной Азии не восприняла древнеиндийскую идеологию кастовости общества. Положение женщины в других странах также было более свободным, чем в Индии.

Первый известный нам подъем художественной культуры, в том числе и в странах Юго-Восточной Азии, в середине I тысячелетия н. э. совпал с периодом распада последней крупной индийской державы — государства Гуптов. Вероятно, это нельзя считать простым совпадением. Пути истории стран Юго-Востока были к этому времени достаточно тесно связаны между собой. Начало расцвета строительства буддийских культовых сооружений за пределами Индии могло быть и своеобразной реакцией буддизма на все ширящееся распространение индуизма в самой Индии. Не исключено также, что укрепление государственности малых стран было связано с наступлением в Индии своеобразного периода «феодальной раздробленности», продолжавшегося до завоевания Индии Газневидами в XII в.

Трудно предположить, что во второй половине I тысячелетия н. э. Индия, раздираемая бесконечными междоусобицами, подвергавшаяся ряду нашествий, могла оказывать серьезное влияние на развитие искусства стран Юго-Восточной Азии. Наоборот, начиная с XI в. культура Индии начала испытывать влияние культуры Среднего Востока, развивавшейся под эгидой мусульманской религии. В результате синтеза древнеиндийских и привнесенных завоевателями мусульманских художественных традиций в Северной и Центральной Индии возникли новые школы зодчества и изобразительного искусства, начали строиться принципиально новые типы культовых и дворцовых зданий. Лишь Южная Индия сохранила, хотя и в ограниченной степени, традиции древнего зодчества.

Если для Индии начало II тысячелетия было временем серьезных изменений в направленности художественного творчества, то для большинства стран Юго-Восточной Азии этот период стал эпохой высокого расцвета национальных культур. Раньше всего этот подъем произошел в Индонезии, где в VIII—IX вв. на Яве был построен Боробудур. В Бирме XI—XIII вв. были временем создания бесчисленных храмов Пагана. В эти же века воздвигнуты в Камбодже гигантские комплексы Ангкора. На Цейлоне возводятся величественные постройки новой столицы Полоннарувы. В результате страны Юго-Восточной Азии в области архитектурного творчества начиная с X—XI вв. опередили Индию.

Судьбы художественной культуры стран Юго-Восточной Азии не были одинаковыми. Каждая из них развивалась своим, особым путем. Национальная архитектура и искус¬ство Индонезии уже с XIV в. начали испытывать сильное влияние художественных традиций ислама. Резко затормозила развитие культуры Индонезии голландская колонизация, начавшаяся в XVII в.

Поступательное развитие цейлонского искусства было прервано португальской интервенцией в XVI в.

Своеобразно сложились пути искусства Вьетнама, куда особенно широко проникали китайские традиции.

В наиболее благоприятных условиях оказались культуры Бирмы и Камбоджи. Художественные традиции этих стран достигли наиболее высокого расцвета. Этому немало способствовало то, что английские колонизаторы сумели захватить Бирму, а французские — Камбоджу лишь во второй половине XIX в. Высокоразвитые монско-бирманская и кхмерская культуры оставили значительное количество памятников монументального и деревянного зодчества. Серьезное влияние оказали Бирма и особенно Камбоджа на формирование культуры более молодого Таиланда.

Идеологическая общность способствовала созданию некоторых сходных архитектурных форм культовых сооружений. Но творческий метод безвестных зодчих, создателей шедевров древней и средневековой архитектуры стран Азии, был своим в каждой стране.

Различия творческого метода зодчих стран Южной и Юго-Восточной Азии нашли свое отражение и в выборе определенных архитектурных типов, и в иконографической трактовке однотипных зданий, сооружений и их деталей. Интересно хотя бы в общих чертах проследить некоторые характерные особенности культовой архитектуры Индии и некоторых других стран Юго-Восточной Азии.

Для классической архитектуры Индии характерен скульптурный, эмоциональный подход к созданию произведений зодчества. Даже широко распространенный метод высекания храмов из массивов скал, например ансамбли Аджанты и Эллоры, близок к созданию скульптурных произведений.

Иным предстает перед нами классическое зодчество Камбоджи. Строгий, подчеркнутый геометризм планов с их многоосевой симметрией, сочетается с богатым скульптурным убранством, тоже подчиненным четкому архитектурному членению элементов ансамблей.

Совсем по-другому выглядят ансамбли Бирмы с их живописным размещением зданий, сугубо архитектурным, орнаментальным декором, подчиненным архитектонике фасадов. И если в Индии и Камбодже скульптура занимает ведущее место в обработке фасадов, то в Бирме она играет второстепенную роль.

Господствующими типами культовых сооружений в Индии начиная со времени возникновения буддизма и государства Маурья, т. е. с IV—III вв. до н. э., были ступы и пещерные храмы. Ступа, ведущая, по-видимому, свое происхождение от могильного кургана или холма, насыпанного над священными реликвиями, была, пожалуй, самым жизнеспособным типом буддийского культового сооружения.

Ранние индийские ступы имели вид полусферы, стоящей на относительно низком ступенчатом основании. Венчающим элементом служил зонт, состоявший из одного или нескольких дисков, нанизанных на вертикальный стержень. Эти три элемента — основание, полусфера («колокол») и венчающий зонт — стали каноническими для буддийских ступ, однако в пределах этого канона каждая страна создала свой тип ступы с ярко выраженными национальными чертами — ступа в Санчи (Индия), Шведа-гон в Рангуне (Бирма), Боробудур (Индонезия), ват Пра Срисанпет в Аютии (Таиланд). Несколько позднее, в первых веках н. э., в Северной Индии сформировался тип башнеобразного буддийского храма с небольшим внутренним пространством (храм Махабодхи в Будх-Гайе). Такой храм, по- видимому, вел свое происхождение от сооружений типа ступы с реликварной камерой внутри. Сильно развитая венчающая часть такого храма в виде вытянутой вверх квадратной в плане пирамиды, носящей название шикхары, оказалась, как и ступа, чрезвычайно жизнеспособной формой. В разной пластической, почти скульптурной трактовке она широко использовалась при строительстве индуистских храмов севера и юга Индии периода Гуптов и более позднего времени (храмы Кхаджурахо, Бхуванешва- ра, Майсура и др.). В странах Юго-Восточной Азии башнеобразные венчания буддийских храмов, генетически связанные с формой шикхары, представлены бесчисленным количеством вариантов. В некоторых случаях они безраздельно доминируют в композиции как пранги Камбоджи и Таиланда. Иногда они превращаются в миниатюрное по отношению ко всему зданию венчание, как кунтауны в храмах Пагана в Бирме. Своеобразную трактовку получили они в храмах Прамбанана и Бали в Индонезии.

И все они лишь в самых общих чертах напоминают далекие индийские прототипы. И материалы, и техника возведения, и пластическая трактовка шикхараобразных завершений остаются неповторимыми и своеобразными в каждой из стран.

С течением времени все больше расходились пути развития архитектуры Индии и стран Юго-Восточной Азии.

В каждой из стран можно проследить своеобразные черты храмового строительства, связанные с различной строительной техникой и применявшимися материалами, со спецификой художественного метода зодчих. Характерным материалом индуистских храмов Индии был камень. В большинстве случаев здесь можно проследить генетическую связь каменных конструкций и их художественной трактовки с утраченными образцами деревянного зодчества.

В Бирме широкое развитие получило строительство из кирпича с применением клинчатых сводов, редких для стран Южной и Юго-Восточной Азии. Параллельно с кирпичным в Бирме развивалось и деревянное храмовое строительство. Однако кирпичное и деревянное зодчество оказывало лишь ограниченное влияние друг на друга в трактовке некоторых традиционных элементов архитектурной орнаментики. По мере развития бирманской архитектуры деревянные здания заняли ведущее место в храмовом и дворцовом монументальном строительстве.

В Камбодже и Таиланде получили распространение смешанные каменно-деревянные здания храмов и дворцов. Несущие элементы — стены и столбы — возводились из кирпича или камня, а перекрытия и крыши из дерева. Здесь больше, чем в других странах, проявилось стремление к строительству ярких полихромных зданий с развитым внутренним пространством.

***

Редколлегия приносит глубокую благодарность рецензентам, оказавшим большую помощь в работе над текстом своими отзывами и замечаниями. Рецензии по всему тому даны сотрудниками Института востоковедения Академии наук СССР, а по странам Индия, Индонезия, Цейлон, Непал, Бирма, Таиланд, Камбоджа, Лаос и Вьетнам— действительным членом АН СССР А. А. Губером. По главе «Архитектура Кореи» через посредничество Союза архитекторов КНДР была получена рецензия корейских историков.

В истории культуры и искусства стран Южной и Восточной Азии есть еще немало «белых пятен». Археологические исследования, изучение сохранившихся после хозяйничанья колонизаторов документов и материалов в одних странах только начинаются, в других до сих пор еще невозможны в связи со сложной политической обстановкой. Нет сомнения, что будущее, быть может, даже ближайшее, принесет немало важных открытий, которые обогатят наши представления о сокровищах искусства и архитектуры стран Азии. Несомненно, что и вопрос о взаимоотношениях культур различных народов Азии получит в связи с этим свое дальнейшее развитие и будет исследован достаточно полно и всесторонне.

Редколлегия выражает признательность также г-ну Бал Чандра Шарма — послу королевства Непала в СССР за предоставление литературы и фотографий по памятникам архитектуры; директору Археологического управления Бирмы У Аун То за рецензирование авторского варианта главы «Архитектура Бирмы» и за предоставление фотографий ряда памятников бирманского зодчества; кандидату искусствоведения А. С. Коломиец — за японскую литературу по искусству и архитектуре Японии и за помощь в переводах.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер