Века и камни. Памятники архитектуры Саратовской области. Терёхин С.О. 1990

Века и камни. Памятники архитектуры Саратовской области
Терёхин С.О.
Приволжское книжное издательство. Саратов. 1990
152 страницы
ISBN 5-7633-0260-5
Века и камни. Памятники архитектуры Саратовской области. Терёхин С.О. 1990
Содержание: 

Книга рассказывает о памятниках архитектуры и градостроительства Саратовской области, создает цельную картину зодчества края, которая складывается из многообразия уникальных, типичных и рядовых построек. Книга адресована как специалисту-архитектору, краеведу, так и широкому кругу читателей.

Мой город весь как нотная тетрадь

Глава 1. Ода классике (памятники зодчества 18 - середины 19 вв.)
Глава 2. Между вдохновением и расчетом (строительный бум второй половины 19 - начала 20 вв)
Глава 3. Формула Флёра (переселенческая архитектура в Саратовском Поволжье)

Заключение
Примечания
Словарь архитектурных терминов
Список памятников архитектуры Саратовской области

Мой город весь как нотная тетрадь

Книга эта написана не в кабинете. То есть на письменном столе она лишь доделывалась, оформлялась, приобретала зримые черты. А сначала появилась сотня листков бумаги, десяток тетрадей и блокнотов с записями, пометками, рисунками, адресами. Но и это — не сразу. Не сразу пришла и основная идея книги, даже сама мысль — написать ее. А ведь тогда — зимним вечером в вельской гостинице и ослепительным утром в волжском «метеоре», в тамбуре трясущейся электрички и среди калек, прикнопленных к чертежной доске,— книга, наверное, уже была.

Хотя нет, как же? Сначала было; институт и кафедра архитектуры, влюбившая в родной город и в каждый его дом; новые имена и первые кумиры — Александр Палыч, Вентури, Гутнов; раскаленный августовским солнцем фасад консерватории — плавились краски на этюде; ночи напролет над проектами перед защитой и десять наивных планшетов диплома... «Мой город весь как нотная тетрадь, еще не тронутая вдохновеньем» — такой, кажется, там был эпиграф.

Потом — контора с чудесным (Волга, мост, зелено-желто-бело-голубая набережная) видом из окна и реальной, такой разной, работой. Поездки, командировки, фотоаппарат; прогулки по осенним мостовым и сиреневым Липкам; лазанье в незнакомые, такие загадочные переулки, дворы и на крыши; и весь город как на ладони.

Музеи и архивы, библиотеки и редакции, первая заметка в газете... Так много хорошего было. Но почему — было? Все — есть: листки, мысли, наброски постепенно сложились в главы, выстроились в выводы, превратились в эту книгу, не придуманную, а прожитую. Какая она — судить вам, читатель. Одно обещаю — она искренняя, в одно верю — она нужна.

Будут другие книги, более выверенные, написанные в отточенном стиле, — мне дорога эта. Помыслом и надеждой. Ведь если и вы узнаете, разглядите и полюбите свой дом, квартал, город — не будет награды дороже за авторский труд.

Есть несколько областей человеческой деятельности, в которых одинаково хорошо разбираются практически все. Это медицина, литература, футбол... и архитектура. В самом деле — каждый скажет, что современные широкие и светлые магистрали и площади красивы, а вот дома на них — из стекла и бетона — плохи. Летом в них жарче, чем на улице, а зимой — холоднее. Конечно, есть еще старые улицы и дома, да мы зачастую знаем их как серые, скучные, облупленные, неблагоустроенные. Но вот... то здесь, то там обновляют, заново штукатурят или красят здания. Останавливается вечно спешащий мимо пешеход. Останавливается, вглядывается в детали, и вдруг... улыбается этому старомодному, знакомому, казалось бы, до последнего кирпича дому. И уже кружатся в голове чудесной мелодией слова: атланты — аркады, ризалит — мезонин... Так хочется узнать, как называется эта штука над входной дверью или вон та симпатичная полочка под окном... Узнать, чем знаменит этот трехэтажный, с аркой и замысловатыми балконами, или кто построил тот, помните, на углу квартала... А уж булочная на проспекте — это точно классицизм... или, кажется, ампир? Где бы уточнить?

В литературе, широко и разносторонне освещающей (особенно в последние годы) различные вопросы истории, географии, культуры саратовского края, не нашлось пока места работе о памятниках архитектуры и градостроительства. Скудные сведения разбросаны по книгам серии «Города Саратовской области», путеводителям по Саратову, фотоальбомам. Не привлекла пока эта тема и внимания специалистов (исключение — книга А.И. Осятинского «Строительство городов на Волге». Саратов, 1965). Между тем на территории нашей области расположена многообразная, интереснейшая коллекция памятников зодчества, ждущих внимательного взгляда. «Экспонаты» этой коллекции почтенны не только своим возрастом,, привлекательны не одними изящными формами и украшениями фасадов; свидетели далеких эпох, они помогают глубже познать историю нашего народа, его традиции, его многовековую культуру. И потом — ведь именно они придают каждому городу, каждому селению «лица необщее выраженье».

Цель этой книги — нарисовать портрет саратовской архитектуры красками самых достойных, характерных ее памятников. И взять в палитру не только общепризнанные, показательные постройки, давно ставшие символами наших улиц и городов, состоящие на учете ВООПИК и охраняющиеся государством, но и другие, часто никем не охраняемые здания, а также- полностью или частично исчезнувшие произведения зодчества.

Как видно, книга — не справочник, не путеводитель. Она даже по объему не может вобрать в себя все примечательные постройки. (Автор заранее приносит извинения тем читателям, мнению которых не вполне удовлетворяет круг памятников, очерченный в этой книге.) Наряду с характеристикой архитектурных стилей и описанием самих построек автору представляется важным, обобщив положение «охранных» дел, изложить свою концепцию классификации и оценки памятников, высказать соображения по методике их охраны и реставрации.

География материала вмещает современную территорию Саратовской области. Хронологические границы книги охватывают период с конца XVII до начала XX века. Чем это продиктовано? Первая на территории края капитальная постройка — Троицкий собор в Саратове — появилась на рубеже XVII—XVIII веков. Города края того времени — Саратов и Петровск — состояли из деревянных построек. Их территория была невелика (ее можно было обойти по периметру за полчаса). До середины XVIII века Саратов окружали крепостные валы с деревянными ограждениями — рогатками, дозорными башнями — и рвы. С внешней стороны укреплений находились слободы — широкая (до полуверсты) полоса, занятая жилыми и хозяйственными постройками. Здешние обитатели вели сельский образ жизни — пасли скот, разводили сады и огороды, выращивали хлеб — для своего пропитания и торговли в городе. Да и городские кварталы «обывательского строения» походили на эти слободы беспорядочностью застройки.

«Когда говорим слово «дом»,— писал о Саратове того времени Г. С. Саблуков,— не представляйте домов каменных: весь город был деревянный и дома горожан частных не много были лучше хороших деревенских изб. Уже в начале XIX века каменных домов (не считая церквей.— С. Т.) во всем городе было два». На протяжении всего XVIII столетия возводились считанные единицы каменных зданий, деревянные же с тон поры не сохранились. Поэтому в нашей области практически нет домов, возраст которых превышает 180—200 лет. Причин этому много: бесчисленные опустошительные пожары в городах и селениях, набеги «воровских казаков» и кочевых орд, народные бунты и восстания, бури революции и гражданской войны, перепланировки, перестройки... Большинство значительных архитектурных произведений и ансамблей создано в течение последних 100—120 лет.

На страницах книги не пойдет рассказ о советской архитектуре. Она, конечно, должна стать темой специальной работы. Кроме того, речь ведь идет о памятниках. А для объективной оценки того или иного явления в архитектуре необходим временной отрезок как минимум в несколько десятилетий, который позволяет, отринув все несущественное, сиюминутное, судить об этом явлении единственно по непреходящим критериям известной тирады Витрувия: пользе, прочности и красоте. «Большое видится на расстоянии...»

Обращение к архитектурному наследию на страницах книги должно, по замыслу автора, не только всесторонне осветить памятники зодчества, но и привлечь к их проблемам внимание общественности, специалистов, содействовать их сохранению, изучению и популяризации.

Давайте начнем с самого словосочетания «памятник архитектуры». Какова его история, что за смысл вкладывается в эти два слова? Памятник — от слова «память». Значит, в нашем случае, это дом, созерцание которого дает счастливую возможность прикоснуться к седым эпохам, рассказывает о культуре и быте наших предков, запоминает о былых традициях. Да еще, чаще всего, такой дом украшен лепным орнаментом или скульптурой; интерьеры залов привлекают росписями стен и изразцами каминов, медью люстр и мрамором полов; на всем здесь, от ажурной уличной решетки до дверной ручки, лежит печать мастерства, фантазии я подлинного искусства.

Но памятник архитектуры — не всегда только один дом. Ансамбль площади или улицы, квартал или целый район города, а говоря специальным языком, даже сама планировка, сеть улиц может быть памятником градостроительного искусства.

Восхищение памятниками зодчества, уважение к мим — чувства, которые знали еще наши далекие предки. Однако часто к этому примешивалось религиозное поклонение перед реликвиями (не случайно к памятникам относили прежде всего культовые постройки). Главным критерием ценности всех других зданий был их возраст: чем старше памятник, тем он почтеннее.

Современное понятие памятника, как и современное к нему отношение, концепция его охраны сформулировались не сразу.

Уже один из первых декретов Советской власти гласил: «В целях сохранения, изучения и возможно более полного ознакомления широких масс населения с сокровищами искусства и старины... произвести первую государственную регистрацию всех монументальных и вещевых памятников... Взять на учет... памятники... имеющие большое научное, историческое или художественное значение». Однако не все и не всегда складывалось так, как предписывал ленинский декрет (только ли к памятникам отнесем мы эти слова?). Молодой республике не хватало средств и сил на все. Да и отношение многих людей к бывшим особнякам и церквам было, прямо скажем, непростым. Помните лозунг «Мир хижинам, война дворцам»? Как часто это понималось буквально...

Вскоре после окончания гражданской войны, когда вся республика еще была в разрухе, ВЦИК и СНК РСФСР приняли новое постановление «в дополнение и развитие Декрета от 5 октября 1918 г.», где предложили «принять энергичные и действительные меры к неукоснительному соблюдению... порядка учета и охраны памятников». На основе этого постановления была разработана подробная инструкция, намечавшая конкретные формы учета, охраны и использования памятников зодчества.

Шли годы. Культура, образование шагали вперед. Люди тянулись к прекрасному, учились понимать и ценить .искусство. Негативное, нигилистическое отношение к историческим зданиям уступало место заинтересованному, хозяйскому. Обращали ли вы внимание, какие учреждения занимают помещения бывших дворцов? Самые престижные и респектабельные, гостиницы и музеи, администрация и театры... Именно с этими зданиями связаны представления о неординарности наших городов: они незаурядны, исполнены высокого вкуса. Кроме того, они, несмотря на свой солидный возраст, почти всегда удовлетворяют потребностям дня, современным требованиям и нормам. Но проблем у памятников архитектуры еще очень и очень много. Наступает на центры городов новая, часто безликая, застройка. Пробиваются «по живому» многополосные магистрали. Наконец, люди нередко просто забывают о памятниках, равнодушно проходят мимо. А те медленно, но верно разрушаются, ветшают. Давайте же задумаемся: не пожелтеет ли крона нашей национальной культуры, если мы будем, мягко говоря, безразличны к ее корням — истории, традициям? Между тем большая часть исторических зданий требует не какого-то исключительного, а просто уважительного, заботливого отношения.

Но вернемся к документам. Развитием первых декретов и последующих постановлений7, выражением современных представлений о работе с памятниками стал Закон СССР «Об охране и использовании памятников истории и культуры» и конкретизирующий его одноименный Закон РСФСР, который вступил в действие с 1 марта 1979 года. Этот документ подвел итог долгой дискуссии о характере окружения памятников архитектуры; возобладала исторически оправданная позиция о слитности памятника с окружающей его застройкой и неправомерности его трактовки как объекта изолированного рассмотрения. Теперь, согласно Закону, к памятникам градостроительства и архитектуры могут быть причислены не только отдельные, уникальные здания или ансамбли, но и исторические центры, кварталы, площади, улицы (статья 6). Нашли выражение в законе и другие прогрессивные взгляды и тенденции. Так, в целях обеспечения охраны памятников устанавливаются охранные зоны, зоны регулирования застройки, которые являются составной частью проектов районной планировки и застройки городов и других населенных мест (статья 33). Снос, перемещение и изменения памятников архитектуры запрещаются (статья 41). В случае сноса или повреждения памятника виновные лица несут уголовную, административную и материальную ответственность за нарушение закона (статья 53).

Как видно, законодательство всесторонне, широко рассматривает проблему, намечает стратегию действий. Государственное управление всем комплексом работ по охране и использованию памятников (в нашем случае градостроительства и архитектуры) осуществляет Министерство культуры РСФСР, областные, городские, районные органы культуры. Советы народных депутатов ведут контроль за ходом этих мероприятий, при содействии специальных компетентных комиссий, создаваемых из работников органов и учреждений культуры, науки, образования (статьи 9—11).

Обратимся теперь к реальной практике изучения, охраны и реставрации памятников в Саратовской области. Здесь, к сожалению, еще много сложностей. Начнем с того, что нет государственной организации, которая бы специально занималась сбором, систематизацией данных о памятниках, выполняла их обмеры, разрабатывала проекты ремонтно-восстановительных и реставрационных работ, наконец, могла бы участвовать в практической реализации этих проектов. Нет подобных подразделений даже в городских и областном Главном управлении архитектуры и градостроительства. Следствие — то, что даже немногие имеющиеся сведения о памятниках распылены, не проверены, не собраны в единый банк информации. То же, к сожаленью, можно сказать и о последующих стадиях работы — картина пестрая и запутанная, не хочется утомлять ею читателя.

Собственно охраной памятников занята массовая общественная организация — ВООПИК (ее деятельность и проблемы интересуют нас сейчас прежде всего). Призванная содействовать работе государственных органов охраны памятников, она популяризирует памятники и законодательные акты об их охране и использовании, устанавливает шефство организации и учреждений над памятниками, осуществляет разносторонний общественный контроль, то есть ведет обширную пропагандистскую, организационную и посредническую работу (статья 13). Выборный исполнительный орган ВООПИК — совет — координирует действия первичных организаций и общественной инспекции. Это, так сказать, функции надстройки. В других подразделениях общества и, самое главное, в его местных организациях (там, где, собственно, и находятся памятники), дела обстоят далеко не блестяще. Не будет откровением положение дел в первичных — особенно молодежных (а школах, техникумах, училищах, вузах) — организациях ВООПИК. Все сводится к добровольно-принудительной ежегодной раздаче пресловутых марочек ВООПИК. Важнейшая, потенциально самая сильная часть общества — молодежь — выключена из этой работы, мало знает о ней.

Но самое печальное — положение дел на местах. Видели ли вы, как содержатся памятники архитектуры в райцентрах или, того пуще, в селах? Превратились в руины знаменитые саратовские усадьбы Зубриловка и Надеждино (правда, территориально принадлежащие теперь к Пензенской области); по-прежнему лучшим применением для культовых построек остается складирование стеклопосуды, тарных ящиков или вторсырья; «лишние лепные детали убираются во время ремонтов; в немыслимые цвета красятся постройки... Добавим к этому полное отсутствие специалистов, слабую информативную связь с областным центром и даже с соседними городами, малую заинтересованность местной администрации, плохую материальную и строительную базы и, главное, ничтожность познаний самих жителей о своих городах и селениях. А сколько слов сказано о местном патриотизме, о любви к малой родине!

В этой книге автор пытается систематизировать и конкретизировать материалы об архитектуре края, представить ее лучшие произведения, разработать методическую часть проблемы и эскизно обрисовать сивою модель работы с памятниками.

Итак, в Саратовской области стоит на учете чуть более сотни (данные 1989 г.) памятников архитектуры и градостроительства: в Саратове — 63, Вольске — 23, в Балаково — 3 и по одному в 13 других городах и селах. И что же, слышим вопрос, это все? На целую область? Конечно нет. Здесь и возникает необходимость классифицировать многочисленные исторические постройки. Большинство официально зарегистрированных памятников широко известно, их достоинства, состояние, проблемы у всех на слуху; в отношении этой — первой в нашей классификации группы домов и комплексов — ведется определенная работа, хотя часть памятников еще не получает поддержки, разумной хозяйской заботы.

Серьезными являются проблемы второй группы достойных в архитектурном отношении зданий, состоящих на учете ВООПИК и охраняющихся как памятники истории и культуры (то есть связанные со знаменательными историческими событиями, известными людьми и т. п.), но не архитектуры. (К таким относятся, например, здания консерватории, гостиницы «Волга», школы № 25 в Саратове, горкома КПСС в Вольске и др.) Неопределенность подхода и отсутствие какой-либо методики в отношении этих построек имеют следствием либо недостаточное внимание к их архитектуре, либо «заботу» о них, не подкрепленную профессиональными знаниями. В результате в первом случае проводится капитальный и косметический ремонт без предпроектных исследований памятника и специальных проектов, утрачиваются ценные его детали, элементы. Во втором — вольно «украшаются» фасады и интерьеры зданий, появляются нелепые пристройки, уродующие их архитектурное лицо.

Много есть в области прекрасных зданий, которые по различным причинам еще не признаны, не получили статуса памятника. А это значит, что их архитектурный облик и даже само существование — постоянно под угрозой разрушения. Но ведь среди таких построек — саратовский городской пассаж, «образцовые» дома на проспекте Ленина, «поздеевская» больница, уникальный деревянный классицизм Вольска, культовые постройки колонистов... Им, составляющим в этой книге третью большую группу, более других нужны внимание, приятие, помощь.

Позволим себе повториться: в книге мы старались по возможности охватить все эти группы произведении архитектуры, ставя во главу угла не статус памятника, но прежде всего его объективные достоинства: мастерство, профессионализм, «стильность», роль в ансамбле и т. д. Поэтому же мы попытались воспроизвести облик и утвердить значение некоторых (самых интересных и показательных) утраченных зданий.

Меняются времена — меняются представления и проблемы. Когда-то казалось, что старых домов очень (даже слишком) много. Хотелось поскорее заменить их новыми, современными. Теперь оказывается, что число исторических зданий катастрофически тает — в некоторых городах и селениях их можно буквально пересчитать по пальцам одной руки. Следствие — такие города становятся унылыми, стандартными, «сирыми и убогими». Как говорится, что имеем — не храним, потеряем — плачем. Общественность, специалисты, все неравнодушные люди бьют справедливую тревогу: давайте сохраним все, что еще осталось! Всего — по разным причинам — сберечь, конечно, не удастся. Но значительную часть — можно. Нужна большая, непростая, систематическая работа — ума, рук и души. Работа, смысл которой — в ощущении сопричастности с историей страны, постижении подлинного исторического сознания, а значит, настоящего, на деле, патриотизма.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер