Архитектура древней Армении. Токарский Н.М. 1946

Архитектура древней Армении
Токарский Н.М.
Издательство Академии наук Армянской ССР. Ереван. 1946
480 страниц
Архитектура древней Армении. Токарский Н.М. 1946
Содержание: 

Введение

Архитектура с древнейших времен до утверждения христианства в IV в.
Народное жилище. Древнейшие города Армении. Языческий храм в Гарни

Архитектура V—VII вв
Замки. Двин. Дворцы в Двине и Вагаршапате. Христианские храмы. Характерные черты памятников архитектуры V—VII вв.

Архитектура IX—XI вв.
Ани при Багратидах: Городские стены, церкви, дворец в Вышгороде, благоустройство города. — Княжеские поместья, монастыри, селения. — Характерные черты памятников архитектуры IX—XI вв. — Ахтамар.

Тайкская архитектурная школа X в.

Архитектура XII—XIV вв.
Гражданская архитектура: Анийские дворцы, жилые дома, гостиницы; подземные кварталы. — Каравансараи. Монастырские здания: притворы, трапезные, книгохранилища. Церковная архитектура: Анийские церкви. — Монастырские и сельские церкви. Двухэтажные церкви в Нораванке и Егварте, войсковая церковь в Алаязе. Колокольни. — Мосты.

Строительные приемы древних мастеров

Заключение
Карты
Основная литература
Указатель
Список иллюстраций
Таблицы

Введение

Интерес к прошлому нашей родины очень велик. Памятники материальной культуры и в частности архитектуры занимают почетное место среди исторических материалов, которые должны стать достоянием каждого патриота, любящего родную старину, в которой он может не только найти ответы на интересующие его исторические вопросы, но и почерпнуть много полезного для сегодняшнего дня, для своей созидательной работы; памятники эти занимают по праву почетное место, ибо они не безмолвные свидетели, а правдивые летописцы, беспристрастно повествующие о делах давно минувших дней.

Армянский народ прошел большой и славный исторический путь. Несмотря на тяжелые испытания, не раз выпадавшие на его долю, несмотря на нависавшую временами угрозу физического уничтожения, он донес до нас свою многовековую культуру, нашедшую отражение и в многочисленных памятниках архитектуры, которые можно встретить среди домов и в садах селений, на изумрудных полянах, затерянных среди лесов, в угрюмых ущельях горных рек.

Количество их исчисляется многими сотнями. Одни стоят пощаженные временем, другие представляют живописные развалины; многие скрыты под землей или грудами обломков. Только в пустынной ныне столице Багратуниев — Ани на протяжении ряда лет вел систематические раскопки и археологические разыскания Н. Я. Марр. „Имя его, — писали в 1915 г. В. В. Бартольд и Я. И. Смирнов, — связалось с (развалинами Ани) вечною и неразрывною цепью, скованной из пятнадцатикратного пребывания там, из четырнадцати кампаний раскопок, из ряда научных докладов и лекций, посвященных Ани, из целой серии печатных трудов, из непрерывных археологических и исторических разысканий, из основания на самом городище двух музеев, из установления действительной охраны развалин, из предохранения многих памятников от грозившего им разрушения...“ [Отзыв о трудах Н. Я. Марра по исследованию древностей Ани. Отд. оттиск из Записок Вост. Отд. Имп. Русск. Археол. Общества, т. XXIII. Петроград, 1916, стр. 9.] И все же, когда „Арпачайская струя“ опять перестанет быть порубежной и исследователь сможет пройти по городищу, он увидит, сколько работы осталось на долю будущих продолжателей Анийского археологического дела. Раскопки, производившиеся в других местах — в Гарни, Двине, Анберде, являются только началом предстоящих археологических изысканий, которые должны дать много нового и для истории армянской архитектуры.

Материалы, собранные исследователями за многие годы работ, позволяют не только ознакомиться с отдельными древними сооружениями, но и сделать общий обзор древнеармянского зодчества, проследить как на протяжении веков в различных условиях работала и развивалась творческая мысль армянских зодчих и чем обменялись они со своими зарубежными собратьями по профессии в сложном процессе создания многообразных архитектурных форм. Нет необходимости утруждать внимание читателя, не занимающегося специально вопросами истории архитектуры, описаниями всех изученных памятников, тем более, что на отдельных этапах сходство архитектурного решения, форм, конструкций и приемов убранства объединяет древние постройки в группы, имеющие вполне определенный архитектурный облик. Поэтому здесь в качестве примеров приведены наиболее выдающиеся, характерные для этих групп памятники, даты и значение которых в большинстве случаев не вызывают разногласий. Это позволило значительно сократить ссылки на литературу, которые даны преимущественно в тех случаях, когда встречающиеся ошибочные мнения касаются сооружений, без которых ознакомление с архитектурой древней Армении не может быть полным.

<...>

Армения расположена к югу от главного Кавказского хребта в горах, тянущихся с востока через Малую Азию в Европу. Перед путешественником, вступившим на армянскую землю, предстает величественная картина горных массивов, увенчанных белоснежными зубьями Арагаца и могучей главой Арарата — древнего Масиса; в глубоких ущельях, пенясь и шумя, играют горные реки, воды которых умелая рука трудолюбивого народа с древних времен направляет в оросительные системы, питающие плодородные земли.

На залитых солнцем равнинах, плато, террасах, огражденных подпорными стенками, золото нив чередуется с сочной зеленью виноградников и манящих к себе в знойный день тенистых садов. Высоко в горах природа щедро раскинула ковры пастбищ, по которым летом вольно кочует со своими стадами скотовод.

Недра страны богаты ископаемыми; среди них на первом месте стоят издавна разрабатываемые медные руды. Тысячелетиями исчисляется возраст многих замечательных изделий из бронзы, изготовленных искусными местными мастерами, украшающих ныне собрания мировых музеев. Столь же почетное место в этих собраниях занимает и утварь из местных глин — будь то карас, в который можно, как в восточной сказке об Али-Бабе, спрятать несколько человек, или тончайший фаянс, покрытый художественной росписью.

Особенной благосклонностью природы могут похвастаться армянские зодчие. Она предоставила им богатейший выбор строительного камня от твердого базальта и гранита до лучезарного туфа, поддающегося вначале обработке простым ножем и твердеющего с течением времени, до пленяющего своими мягкими расцветками мрамора; она дала им превосходные вяжущие вещества. И зодчие мастерски использовали эти дары. Они украсили: свою страну многими прекрасными постройками, гармонично сочетая их благородные формы с самой природой.

Было бы ошибкой отождествлять древнейшую архитектуру Армении с архитектурой урартов, создавших задолго до христианской эры первое государство в Закавказье. Но вполне возможно, что армянский народ, в состав которого наряду с основным ядром — арменами вошли и урарты, использовал в какой-то мере в своем строительстве опыт мастеров древнего государства, территорию которого он занял. Нужно, однако, отметить резкое отличие построек, возведенных значительно позднее армянскими зодчими, от сооружений урартов, строительная техника которых более близка к технике народов Месопотамии, в частности ассирийцев. Раскопки на Кармир-блуре (Красном холме) ниже Еревана по реке Занге, произведенные в 1939—41 гг. и в 1945 г., обнаружили дворец, принадлежавший в VII—VI вв. до христ. эры урартскому наместнику. [В первые годы раскопки вели Армянский Филиал Академии Наук СССР и Государственный Эрмитаж, а в 1945 г. — Академия Наук Арм. ССР совместно с Эрмитажем.]

Здесь нет чистой тески камней в стенах; они сложены в нижней части из больших глыб неправильной формы, а наверху из сырцового кирпича, несмотря на наличие в окрестностях прекрасного строительного камня. И каменная и кирпичная кладки снаружи были покрыты слоем глиняной обмазки, замешанной с рубленной соломой, как это делалось в ассирийских постройках. Стены завершались зубцами, судя по тому, что они имеются на всех изображениях урартских крепостей и зданий во дворце Саргона. Так как при раскопках не было найдено никаких остатков зубцов — приходится предположить, что они тоже были сложены из сырцового кирпича и имели, вернее всего, ступенчатую форму, легко осуществимую в этом материале. Подобные зубцы видим на бронзовой пластинке с изображением урартского здания, хранящейся в Британском Музее. Перекрытия были плоские; деревянные балки поддерживали настил, который сверху был покрыт слоем земли. Насколько была распространена у урартов балочная система потолков, можно судить по тому, что в одном из помещений, высеченных в скалах в Ване, потолок уже чисто декоративно имитирует деревянное покрытие. Возведение стен из необтесанного камня и кирпича нельзя объяснить неумением урартских мастеров обрабатывать камень; в нескольких комнатах кармир-блурского дворца обнаружены чисто отесанные каменные блоки, которые вероятно происходят из верхних частей здания, где из них мог быть сложен пояс, отделявший стену от зубцов. Стены храма на Топрах-кале (Ван), как показали раскопки, также были сложены из крупных хорошо отесанных камней. К сожалению о внешнем виде урартских храмов пока приходится судить только по изображению храма в Мусасире на ассирийских рельефах из Дур-Шаррукина, дворца Саргона (VIII в. до хр. э.). Здание это, вероятно прямоугольное в плане, воздвигнуто на высокой платформе; фасад обработан в виде портика на шести колоннах или столбах прямоугольного сечения без капителей и баз и завершается крутым фронтоном. Полагают, что оно было сооружено из камня, но некоторые детали, изображенные на рельефе, наталкивают на мысль, что здесь мог быть применен и кирпич. Дело в том, что на стенах и столбах портика показаны выступающие горизонтальные пояса, расположенные на равных расстояниях друг от друга. Весьма возможно, что это не просто декоративный мотив, а конструктивный прием кладки кирпичных стен и столбов, в которых после нескольких рядов кирпичей прокладывался один ряд тесаных каменных плит. Отделка тимпана фронтона также больше похожа на штукатурную с насечкой в виде сетки из пересекающихся прямолинейных бороздок.

Свои постройки урарты украшали покрытой изображениями мраморной облицовкой, остатки которой были найдены И. А. Орбели при раскопках на Топрах-кале в 1911—12 гг. (см. Б. В. Фармаковский. Материалы по археологии России, 34) и инкрустацией, которая выполнялась не только из камня, но и из металла и составляла повидимому целые фигуры, а иногда и сцены; встречаются также инкрустированные полы. Излюбленным украшением стен служили большие бронзовые щиты; они известны не только по изображению мусасирского храма и ассирийским текстам, — обломки шести декоративных щитов были найдены в храме бога Халда на Топрах-кале, — а два, из которых один только с небольшим изъяном, были обнаружены при раскопках на Кармир-блуре.

Резьба по камню, являющаяся основным приемом убранства армянских построек, в архитектуре урартов играла незначительную роль.

Из сказанного явствует, насколько далеки друг от друга архитектурные памятники урартов и армян по общему решению, технике и отделке и с какой осторожностью нужно подходить к вопросу о преемственности, чтобы не впасть в ошибку.

(Об архитектуре и строительной технике урартов см. Б. Б. Пиотровский. История и культура Урарту. Ереван, 1944. Гл. X, XIII).

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер